Bitcoin

Из чатов в аудитории: эволюция блокчейн образования

Из чатов в аудитории: эволюция блокчейн образования

С появлением Биткойна и блокчейна, Сатоши Накамото представил совершенно новое практическое применение для криптографии, обнаруживая неизученные области компьютерной науки и технологического развития. В течении нескольких лет, последовавших за возникновением технологии, общественный запрос на инструктивную информацию и обучающие материалы начал расти.

~~~

Дорогие читатели! Как вы наверное уже сами догадались, первый биткойн квест, проходивший с 15 мая по 22 мая 2018 года, уже закончился. Пока идет подготовка к проведению нового квеста, что включает обновление дизайна сайта и логотипа, расширение аудитории сайта и поиск новых инвесторов в дополнение к нашим друзьям из КурсЕксперт, я начинаю серию статей-переводов, направленных на получение вами сокровенных знаний, которые уже больше не даются русскоязычной биткойн прессой, погрязшей в разврате ICO пропаганды и исступленном шовинизме. Простите мне такую наглость, что вместо драгоценного рисования для вас и предоставления вам шанса выиграть кучи денег, я вынужден пичкать вас знаниями, но — как говорится — знания дороже денег, и я лелею сокровенную надежду, что старт публикаций такого рода, какая сейчас, словно уникальный персидский ковер, расстилается внизу перед вами, привлечет на сайт новую публику, а соответственно — и инвесторов с хорошим вкусом, готовых вкладываться в мой более чем нестандартный проект по развитию культуры Биткойна и таким образом обогащать самых быстрых и сообразительных из вас, а также и меня.

~~~

Вскоре после того, как Накамото провел изначальную загрузку сети, кодеры со всего мира начали искать инструкции по разработке программ для нее, бизнесы начали искать информацию о финансовых последствиях Биткойна, в то время как энтузиасты сломя голову пустились поддерживать сеть при помощи майнинга и инвестирования.

Ранние последователи собрались вместе вокруг различных онлайн платформ чтобы ответить друг другу на щекотливые вопросы, делиться информацией и проблемами и решать их вместе. По мере того, как рынок начал взрослеть, новые коины стали появляться, привнося идею «смарт контракт» на эту «самую заплеванную сцену в мире», при чем смарт контракты уже есть самые разные, их наплодили огромное количество, несмотря на явное наличие перспективы внедрения этой функции в сам Биткойн. Информационная шумиха, тем не менее, поднялась что надо, и запрос на криптовалюты постепенно возрастал.

Через какое-то время, растущая база пользователей начала наполнять сокровенную папочку знаний золотом своего непосредственного опыта, отвечая запросам публики. Онлайн ресурсы стали расширяться за пределы форумов, сформировавших костяк движения, в виде обучающих видео, «вайт пейперов» (или «белых книг») и прочих статей, и даже информативных онлайн курсов, представляемых в рамках педагогической диеты, составленной энтузиастами Биткойна.

До 2013 года даже университеты начали понимать, что пора бы предоставлять формальные курсы по технологии блокчейн, лидером стал Университет Никосии на Кипре. Вскоре после этого, топ университеты из США и некоторых других стран сформулировали курсы по программированию и разработке блокчейнов, изучению истоков Биткойна, а также появляющихся отраслей криптовалютного законодательства и финансов.

Наконец-то, в мире образования появились курсы, привнесшие определенную институциональную легитимность в прошлом довольно нишевой отрасли. Но они установили дихотомию (разделение) между анти-правительственными корнями Биткойна и очищенным методом принятия и использования, распространенном в мейнстрим культуре; в то время, как изначально образовательный порыв был целиком на плечах сообщества, сейчас за «блокчейн образование» взялись уже и крупные, централизованные организации.

Что будет происходить далее, так это четкое разделение между теми ранними последователями Биткойна, выстроившими библиотеку онлайн знаний на основах, оставленных Накамото с 2008 по 2010, и их традиционными, корпоратистскими двойниками. По мере того, как блокчейн будет идти по пути классического образования, по всему миру будет возникать вопрос: «Какова аккредитация для индустрии, которая, до недавних пор, поддерживала и развивала себя за счет отсутствия внешних авторитетов?»

Эра Самообразования

Многие из этих, на тот момент новых, ресурсов, были созданы кк из необходимости, так и из любопытства. Вскоре после дебюта Биткойна, Сатоши Накамото создал bitcoin.org а также bitcointalk.org, вебсайты с информацией о новой виртуальной валюте и ее внутренних процессах, включая и блокчейн. Два сайта стали бесценными образовательными ресурсами для самых ранних из последователей Биткойна, и даже сегодня они отправляются в репозитории за информацией о блокчейне. Сатоши закрепил данные сайты в качестве основы для педагогической пушки Биткойна, создав их в виде первого образовательного инструмента для полностью обновленной финансовой системы. Вначале, они были в списке всего лишь нескольких мест, куда ранние последователи могли отправиться за новыми знаниями или просто чтобы укрепить существующие.

Неопытные юнцы стекались к bitcoin.org для выяснения разных деталей. Так как Биткойн — децентрализованная, полагающаяся на активистов платформа, ее вебсайт поддерживается сообществом и полагается на пожертвования для того, чтобы успешно существовать. Он представляет посетителю расширенную секцию FAQ наравне с разделами типа «Начиная использовать Биткойн», а также «Как работает Биткойн». Там достаточно информации для разработчиков и бизнеса, имеется даже краткий словарь самых распространенных терминов.

За чем-то большим, члены сообщества могут обратиться к bitcointalk.org, влиться в дискуссии, поспорить о будущем криптовалюты. Вебсайт со временем превратился в виртуальный симпозиум-центр. В течении многих лет, пользователи обогащали друг друга пониманием криптовалюты при помощи миллионов постов на тысячи тем. Дискуссии, тематика которых была весьма широка, велись обо всем, от рудиментарных вопросов относительно размера блока до комплексных тем, касающихся, к примеру, управления майнинговым оборудованием.

Несмотря на широкую популярность этих сайтов, по мере роста крипто пространства, росло и его криптовалютное окружение. Bitcoin.org начал вести хронологию множества данных в секции «ресурсы», по мере того как участники сообщества устанавливали фундамент для второго поколения криптовалютных образовательных ресурсов. Запущенная в апреле 2010 года, Википедия Биткойна стала энциклопедической точкой сообщества, консолидировавшей множество разрозненной информации, циркулировавшей в сети на тот момент.

Митапы (или «встречи энтузиастов») также начали расцветать в городах по всей планете. Маленькие сборища из шести-семи биткойнеров образовывались в барах или общественных местах, где люди могли задавать вопросы, делиться идеями и слушать именитых выступающих, толкавших знатные речи на различные тематики, связанные с криптовалютами.

Через короткий период времени, количество собирающихся значительно возрастало по мере того, как больше людей интересовались развитием криптовалют. Ранние разговорные шоу и подкасты вроде The Bitcoin Show, Lets Talk Bitcoin и Bitcoin Knowledge Podcast были среди самых ранних в индустрии. Эти подкасты оживляли коллективное ухо сообщества как первые основатели движения за образование аудитории. Академия Кана, неприбыльный образовательный веб-сайт, играл ключевую роль путем выпуска образовательных видеороликов наряду с многочисленными статьями.

Многие из этих ресурсов переросли себя и внезапно инфантильное движение оказалось в необходимости оснастки чем-то, что помогло бы справиться с растущим количеством проблем. Сообщество научилось ходить; но дальше, ему необходимо было научиться бегать. И учиться приходилось быстро, потому что к 2011 году, альткойны включились в «гонку».

С появлением альткойнов, снова возросла потребность в знаниях

Тут уже были нужны не просто разработчики, сбрасывающие вниз подсказки. Нужны были настоящие гуру, медиа, и кодеры, курирующие движение для дальнейшего благополучия. В течении двух лет с основания Биткойна, был создан первый альткойн — Namecoin. К концу 2011 года, к нему присоединился Litecoin, самый известный на сегодняшний день форк Биткойна.

Все ранние альткойны были попросту форками, то есть копиями Биткойна и его кодовой базы. Они плагиатили сеть Биткойна и перепаяли его код по-своему, чтобы предоставить пользователям различные вариации механизма консенсуса, степени инфляции, денежной массы в обращении, и других параметров. С их помощью, экосистема не только расширилась в плане количества монет, она также начала техническую экспансию, представив форки в качестве «инноваций» и добавив новые алгоритмы хеширования, вместе с рядом технологических исследований, кое-где полезных, а кое-где – не очень.

Так или иначе, но экосистема росла, и все завертелось уже не только вокруг Биткойна. Криптовалюта превратилась в индустрию, с технологией блокчейн в качестве скелета. Блокчейн для такого никогда не предназначался, тем не менее жажда легких денег и славы сделали свое дело. Растущая экосистема привлекла множество новых сторонников.

То, что ранее ассоциировалось с даркнетом и черными рынками, стало привлекать елейных, ламповых разработчиков, предпринимателей, и даже энтузиастов, которые были весьма серьезны в своих намерениях привнести блокчейн в массы. Эти визионеры стали поднимать Биткойн из темных глубин Интернета вверх, к «массам», хорошо это или плохо — покажет время.

Появление изрядного количества света на криптовалютах потребовало новой информации, которая уже была готова к потреблению. Технологии, возникновение которых сеть спровоцировала своим развитием, уже не умещались на крыльце Википедии Биткойна, сайта bitcoin.org и пары форумов. Разработчики уже не могли просто давать подсказки о дальнейшем направлении развития, и появились учителя.

Михай Алиси и Виталик Бутерин (по прозвищу «Кидалик») вроде как ответили этим нуждам, основав издание Bitcoin Magazine в 2011 году. Первые бумажные выпуски появились в 2012. Теперь, при наличии нескольких лет за плечами, Bitcoin Magazine стал одним из лучших прецедентов в индустрии в плане наличия качественных материалов. У ниши появился свой бумажный журнал, 22 выпуска которого предоставляли читателями новости, перспективы, гайды и эссе на тему Биткойна и растущего рынка в целом.

В те времена журнал стал показывать невиданный рост. Несмотря на то, что он мог спокойно пропустить мимо себя отличные наводки на зарубежные новости, а также игнорировать запросы авторов со всего мира на вступление в команду сайта, BM таки умудрился на какое-то время стать чем-то вроде Forbes в мире криптовалют.

Примерно в то же время, Bitcoin Foundation ( или «Фонд Биткойна», ныне признанный эпическим фейлом и инструментом воровства денег инвесторов), начал пускать собственные корни. Основанный в сентябре 2012, типа «неприбыльный» фонд создавался с целью «стандартизировать, защитить и продвинуть использование биткойна как криптографических денег для всеобщей выгоды пользователей со всего мира». Операционная компания дала Биткойну его первое организационное лицо, рабочую группу, посвященную образованию не просто отдельных личностей, но политических лидеров, институциональных финансистов, традиционных СМИ, и прочей унылой публике, которой Биткойн был создан противостоять. В общем, в 2012 произошло много критических событий для индустрии. Явление тонны новых коинов с их собственными блокчейнами, основание нескольких информационных ресурсов, посвященных Биткойну и «блокчейну как индустрии», вроде как задало направление движения к мейнстриму.

Столярная работа над Биткойном привлекала все больше новых последователей в лагерь. Они обращали в свою «веру» будущих экспертов вроде величественного и неповторимого Андреаса Антонопоулоса, которые, вдохновившись обещанием децентрализованной и глобальной финансовой системы, стали ярыми проповедниками Биткойна с истым стремлением распространять правильную информацию о нем.

Антонопоулос молился на Биткойн на конференциях и даже выступал перед сенатом Канады. Он бросил работу в банковском секторе и принялся писать исполненные глубины и любви книги о Биткойне, ставшие впоследствии мировыми бестселлерами. К 2014 году он закончил и издал книгу Mastering Bitcoin, одну из первых – если не сказать, самую первую – книгу о Биткойне в твердом переплете. В 2016 году, он опубликовал свой второй значительный труд — The Internet of Money, коллекцию его выступлений на тему Биткойна и растущей экосистемы, появившейся вокруг него. Антонопоулос стал популярным оратором и автором, в некотором роде интеллектуальной уличной бомбой замедленного действия (Ваш попкорный слуга, автор перевода этой статьи, даже брал у него эксклюзивное интервью в 2015 году).

Со временем, речи и мысли Антонопоулоса стали неформальной заправкой для мозгов интиллигенции всего крипто-сообщества. Многие пользователи биткойна, в отличии от Андреаса, испытывали нехватку «аккредитованных» информационных ресурсов, таким образом, появились еще и псевдо-специалисты, призванные якобы помочь технически неподкованным юзерам, которым они не помогали, ясное дело, а лишь запутывали. Они получили репутацию «де факто» специалистов индустрии, и вместе с сообществом фанатиков, основали некую школу мысли довольно сомнительного знания о зарождающейся технологии децентрализации денежной эмиссии, бинарном коде и киберпространстве.

Соответственно – к худу или к добру – эти члены сообщества решили отойти от традиционной модели образования и разработать нечто «децентрализованное, что аж капец». Например, Виталик «Кидалик» Бутерин получил 100 000 долларов от корпоративной крысы — Питера Тиля – за «вайт пейпер», написанный им после того, как Виталя бросил обучение в Университете Ватерлоо, начав путешествовать по миру и пиарить свое поделие. Примечателен тот факт, что не многие инвесторы в Зефир знают, что код Эфириума написал не Виталик, а Гэвин Вуд, совершенно другой программист, давно ушедший из проекта Зефириум и ныне разрабатывающий собственный коин (имени себя и со смарт контрактами, ясное дело).

Вайт пейпер, написанный Кидаликом, считатся основным документом проекта Эфириум, первая итерация платформы была запущена в 2015 году.

Решение следовать за потенциальным барышом Эфириума окупилось. Изначально выстроенный для децентрализованного исполнения смарт контрактов и децентрализованных приложений (dApps), проект открыл ящичек Пандоры в смысле появления «блокчейн хайпа». Мол, при помощи Эфириума, разработчики теперь могут строить на блокчейне вещи, которые доселе были доступны лишь нескольким избранным, особенно умным, программистам. До момента, очень немногие обучающие центры были готовы раскапывать информацию на эту тему. Так появились онлайновые «блокчейн курсы», начавшие заполнять душевную пустоту очкариков и устанавливать «педагогические стандарты» для данной области изучения, которая была в поиске легитимности в глазах публики.

Основанный в 2014 году, Консорциум Криптовалютной Сертификации (C4) даже включал Андреаса Антонопоулоса и Виталика Бутерина в совет директоров. Консорциум предлагает три отдельные специальности: Сертифицированный Биткойн Профессионал, Сертифицированный Биткойн Эксперт, а также Сертифицированный Разработчик Эфириума, в программах, растянутых на срок от двух до трех лет. Другой курс под названием «Тренинг профессиональной сертификации по Цифровой валюте», предлагает более дорогостоящий, менее строгий, курс из семи-часового обучения.

Естественно, университеты и колледжи стали предлагать курсы, посвященные криптовалютным финансовым делам, законам, и разработке блокчейнов, а также начали переделывать то, что означало слово «правдоподобие» для отрасли, до которой мейнстрим публике не было никакого дела, пока она не стала выгодной.

Рассвет Блокчейн Образования

Сбор идей в рамки одного курса пять лет назад нес в себе степень риска, но по мере роста криптовалютного рынка, появилось «позитивное отношение между риском и ожидаемыми прибылями». И риск, как он часто любит делать, окупился.

К 2014 году, движение произвело достаточно шума, чтобы привлечь внимание академических институтов. В течении последующих лет, некоторые из важнейших университетов США представили обучающие курсы по криптовалютам и блокчейнам.

До того, как университеты начали эти курсовые предложения, самой близкой к аккредитованному идеалу формой обучения были онлайн курсы. Гиганты вроде IBM и Linux Foundation основали курсы «блокчейн сертификации», на первый взгляд казавшиеся более легитимными расширителями видеокурсов, которые гуру вроде Антонопоулоса предлагали бесплатно. Не прошло много времени, как универсистеты с видными именами начали копировать хайп. Princeton, MIT, и ряд других, например, предложили свои версии «блокчейн образования»: Принстон выложил свои материалы на известный сайт Coursera, в то время как MIT представил публике статьи и тематические интерактивные видеоролики.

Другие университеты копнули еще глубже. Вандербилт, Корнелльский, Джона Хопкинса, NYU, Дюк и Стэнфорд стали предлагать занятия, посвященные технологии блокчейн или криптовалютной отрасли в определенном объеме.

Профессор Дэн Боне из Стэнфорда ведет курсы компьютерных наук. Он говорит, что их блокчейн курс предлагает студентам «узнать, как работают разные блокчейны, как строить приложения, которые взаимодействуют с блокчейном, и как писать смарт контракты». Про Биткойн и децентрализацию печатания денег — ни слова. И это лучшие университеты мира!

«Такие курсы можно преподавать с разных перспектив», верит Боне. «Я занимаюсь курсом по технологии, но другие профессоры могут выбрать фокус на законах или экономике».

В самом деле, нет предела совершенству… так что другие заведения, вроде Нью-Йоркского Университета Бизнеса имени Штерна, предприняли практический, а не технический подход. С 2014 года, профессоры Давид Ермак и Джоффри Миллер стали предлагать курс по «цифровым валютам, блокчейнам и будущему финансовых сервисов». Он фокусируется на «растущей роли цифровых валют и блокчейнов в денежной сфере, банкинге и реальной экономике», написано в описании курса. Что такое «реальная» экономика, и чем она отличается от «нереальной», не указано.

Университет Дюка предлагает широкие курсы и по техническим, и по прикладным аспектам индустрии, в рамках курса Инновации и Крипто-компаний I&E 550. Курс преподает профессор школы бизнеса имени Фукуа, Кэмпбэлл Харви, он покрывает такие области, как крипто-финансы и смарт контракты, а также при помощи разностороннего подхода к проблеме привлек «бизнес, закон и компьютерные науки, а также студентов инженеров» в свои залы.

В 2014, курс начался с всего-то 13 студентов. Сейчас, Харви заявляет о наличии более половины всех студентов школы бизнеса имени Фукуа, приходящих на его пары и успешно сдающих экзамены перед выпуском.

И он не один ощутил на себе такие масштабные изменения. В интервью с господином Ермаком, мы выяснили, что профессор обучал в период с 2017 по 2018 года такое количество людей, что инструкторам с его кампуса пришлось переместить занятия в самую большую аудиторию.

Харви отметил, что отчасти это было результатом хайпа, вызванного некоторыми из студентов. Следуя за экспоненциальным ростом крипто рынков, он взошел на вершины преподавания, сначала имея 75 студентов в 2017, а затем уже целых 231 в 2018. Ермак заметил такой же тренд, указывающий, что весна 2018 года была насыщена 230 студентами, тогда как в 2014 их было всего 35.

Что же касается индустрии в целом, этот хайп мог бы легко сойти за уродливый шрам, эмоциональную ловушку индустрии, утонувшей в волатильности и схемах супер-быстрого обогащения. Даже если так, даже во времена, когда индустрия не достигла пика этого ужасного хайпа, курсы не были убедительными.

«Добиться подтверждения введения курсов было легко. Комитет был очень позитивным на этот счет. По факту, некоторые преподаватели с факультета, которые подтвердили необходимость в курсах, сами нуждались в его посещении», сказал Боне.

Ермак рассказал о таком-же опыте, в то время, как Харви пожаловался, что его выступление в поддержку курсов было «конечно же» встречено с некоторым скептицизмом. «В тот момент, большинство думало, что блокчейн это то же самое, что и Биткойн. Многие воспринимали технологию как средство для совершения «незаконных» транзакций. А что сейчас законно, разве что – дышать? В общем, в итоге университет Дюка одобрил мою инициативу».

Харви добавил, что сбор сведений для курса пять лет назад сулил риски, но они окупились. Сложно не заметить выгодность такого риска, учитывая постоянное пребывание технологии блокчейна в финансовых рынках и профильных СМИ, технологических секторах и головах разбирающихся в теме представителей глобальной публики. Ермак говорит, что «или из-за хайпа, или из-за искреннего интереса, предмет быстро растет, и существует большой спрос со стороны студентов на курсы в области финтеха».

Это сходится с возросшим интересом со стороны индустрий – технических, финансовых, да и вообще любых других, которые могли бы быть революционизированы при помощи блокчейна.

«В моей области, исследований, должны обучать курсу «Цепи Поставок с использованием блокчейна», в области бухгалтерского учета должны обучать курсу «Финансовая отчетность с использованием блокчейна», сказал Харви. «Курс маркетинга должен обучать «Как блокчейн технология может революционизировать маркетинг. Финансовая кафедра, как область самая близкая по тематике, занимается вопросом «Токенизации Всего». Кафедра Законодательства занимается вопросом «смарт контрактов, и они также должны рассматривать вопрос о применении в регулировании».

Кажется, все сводится к одной лишь уплате налогов с криптовалют, несмотря на разные на первый взгляд названия курсов. Харви продолжает: «Существует большое количество курсов по компьютерным наукам, разбирающихся в ключевых аспектах этой технологии (в большинстве школ этого еще нет в книжках). Многому еще нужно научить».

Будем надеяться, что обучать школьников «блокчейну» будет все таки Интернет и личный выбор, а не такие как Харви любители всесторонней слежки за тем, что создано для ее избежания.

Естественно, ландшафт индустрии постоянно меняется, и это значит, что профессора должны оставаться бдительными и держать знания обновленными. Пока рынок и индустрия находятся в постоянном течении, расписание пар должно стать также изменяемым от года к году.

Ермак сказал: «Чтобы держать ухо востро в сфере быстро изменяющегося списка тем, я каждый год изменяю план обучения». Боне же признается, что «для каждой новой группы я переписываю курс почти-что с нуля».

Кажется, что динамика индустрии становится головной болью для преподавателей. Некоторые профессора знают про опасность инвестирования времени в обучение себя и преподавание другим предмета, нестабильного и нетвердого, который в самом худшем из сценариев может быть временным увлечением.

«Сейчас некоторые факультеты не уверены насчет данной отрасли, будет ли она оставаться и развиваться. Точно ясно, я думаю, что технология все же остается, и нам необходимо обучать наших студентов использовать ее», сказал Боне.

Университетские предложения как путь к «Квалификации»

Существует большое разнообразие курсов по компьютерным наукам, решающих ключевые вопросы блокчейн образования. То, что началось как анти-правительственное движение для ниши Киберпанка, таки нашло себе местечко и в лекционных залах некоторых из лучших университетов США. Сродни действиям Андреаса Антонопоулоса, профессора хотят обучать людей и достигать новых вершин, что похвально. Эти новые вершины, проявленные в доминировании формального образования, стали аккредитованным комплиментом старой школе, выраженной в виртуальных сборищах неофициальных экспертов. Которые, надо сказать, все еще обладают куда более глубокими и ветвистыми системами знаний, чем недавно присоединившиеся профессора. Так, они надеются изменить существующую информацию старого типа, чтобы привнести в почти эзотерическую (для них) индустрию немного ясности и понимания.

«Технология блокчейна сложна», жалуется Харви в контексте кричащей разницы между академическими и неофициальными Интернет курсами. «Существует много недопонимания. Даже хуже, существуют люди, думающие что знают технологию, тогда как на самом деле они достаточно глупы в этой сфере. Академические институты возьмут на себя важную роль в подготовке следующего поколения новаторов», мечтает он.

Боне расширил мысли коллеги, говоря что он видит себя не гуру, а скорее привратником, миссия которого заключается в помощи новичкам в проникновении в старую школу.

«Вся информация уже есть там, в Интернете. Проблема в том, что в онлайне слишком много разных сведений, так что я вижу свою роль в качестве гида… мы учим студентов тому, что необходимо знать, что важно, а что не так важно. Студенты всегда могут прочитать онлайн ресурсы и научиться больше той теме, которую мы обсуждали на занятиях или прорабатывали в рамках практических заданий. Я хотел бы думать, что студенты имеют вполне целостное понимание данной области. Вообще, само-образование — офигенная штука, и я ее поощряю, но иногда она может привести к неоднородности знаний».

Ермак признается, что несмотря на его веру в онлайн ресурсы как в «имеющие значительную роль на рынках», они все равно «доставляют контент совершенно другой публике со значительно меньшей глубиной и строгостью, чем это делают университетские курсы».

Без сомнения, каждый профессор верит, что его роль и структура занятий предвещают новую эру в законности этой отрасли. Академическая аккредитация поддерживает начинающих работников инструментами для труда в новой индустрии. Тот факт, что самые крутые университеты США принимают некогда запретную область знаний обещает выгоды для массового принятия криптовалют.

Однако наплыв официальных педагогических стандартов на индустрию, которая всегда полагалась на собственные силы, порождает вопрос: «Что вообще такое «аккредитованное образование» в индустрии, которая доселе обучала при помощи неформальных онлайн ресурсов?». Намеренно применяя кустарные методы, децентрализованную организацию, иконы движения никогда не нуждались и не просили наличия «дипломов» для создания своих инфраструктур; в духе того, как Бутерин бросил университет и осознал Эфириум, академические и блокчейн разработки кажется, естественным образом, отталкивают друг друга.

По мере того, как мы движемся к эре формализации образования, для криптовалютного мира, в будущем, трения между официальной и неофициальной догматикой будут возрастать. Децентрализованные «крепкие орешки» будут следить, следует или же противоречит академическая наука образовательным стандартам, созданным в отрасли с момента ее рождения. Возможно, видение господина Боне о работе «привратника и направляющего» слегка уменьшает вероятность возможного накала страстей.

Вместо того, чтобы пытаться отменить проделанную за годы работу, профессорам стоит расширять ее. С такой перспективы окажется символичным, если отношения между «старым» и «новым» будут менее негативными.

Например, стоит взглянуть на расписание занятий Харви: Книга «Mastering Bitcoin» Антонопоулоса, работа Ника Сзабо о смарт контрактах, а также «белая книга» Сатоши Накамото — в списке обязательного чтива. Такие занятия, в глазах многих, могут сыграть вполне убедительную роль в «лицензированном блокчейн образовании».

Тем не менее, эти работы все таки сильно полагаются на выкладки неформальных первооткрывателей, вытащивших движение из его детского возраста и теневых уголков Сети.

Новая модель образования, в конечном итоге, станет расширением старой. Она несет в себе работы самых ранних экспертов индустрии разным аудиториям, которые менее других склоняются к знаниям без четкой, конкретной линии обучения. Как утверждает Ермак, в глобальном масштабе у каждого есть шанс сыграть роль в этой индустрии, и каждый сможет внести свою лепту в технологическую революцию у которой есть еще много нерешенных задач.

 

По материалам: BM

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *